Назад

11 толстых книг, ради которых я бежала домой с работы

28 июня, 2019 2232
11 толстых книг, ради которых я бежала домой с работы
Толстые книги потому толстые, что у автора не было времени выражаться короче.
Вальтер Моэрс. "Город мечтающих книг".


В толстых книгах есть какой-то особенный шарм. К ним так и тянется рука, их так и хочется потрогать, снять с полки, подержать в руках и ощутить солидный вес. В тяжёлые книги вложено много труда и сил авторов, поэтому всегда кажется, что толстая - значит хорошая.

Сегодня я расскажу об одиннадцати толстых книгах, которые когда-то заставляли меня спешить домой с работы. Они были слишком тяжёлыми, чтобы таскать их с собой и слишком классными, чтобы читать их с телефона. Их хотелось читать медленно и вдумчиво, потягивая кофе с молоком из огромной чашки и похрустывая лимонными вафлями. После долгого рабочего дня для уставшей головы эти книги были настоящим расслаблением, несмотря на то, что ум продолжал работать и обрабатывать информацию.

Итак, если вы плетётесь с работы без сил, заходите в квартиру, едите, падаете на диван и до наступления передачи “Спокойной ночи, малыши”, вдупляете в потолок - бросайте это дело, идите в книжный и купите себе одну из этих книг. А лучше сначала прочтите 100 страниц с телефона, ибо книги разные, вкус у меня сумасшедший, и то, что заходит мне, кого-то может феерически выбешивать.

Сразу говорю, что в подборке не будет нон-фикшна, психологии и специфической нехудожественной литературы, ибо там толщина абсолютно не играет роли, в отличие от индивидуальных предпочтений. Зато будет парочка мейнстримовых бестселлеров, просто потому, что они этого заслуживают. Как толстые книги заслуживают длинных рецензий. Начнём!

1. "Дом, в котором", Мариам Петросян [960]

Какой бы топ нехудожественных книг я ни составляла, “Дом” скорее всего будет на первом месте. Объясню, почему. Эта книга - моя любимейшая. Из всех книг в мире я выбрала бы её, чтобы взять с собой на необитаемый остров. Просто потому, что я каждый раз читаю её как будто впервые, открывая что-то неожиданно новое и ностальгически старое. Читая “Дом” я словно прихожу в гости к старым друзьям, книга разговаривает со мной, как с гостем.

Интересный момент: это единственная на моих полках книга, которая толще, чем была при покупке. Она исписана вдоль и поперёк пометками, примечаниями, рассуждениями, пестрит стикерами и еле закрывается от вкладышей: стихи, портреты персонажей, письма друзей с портретами персонажей, арты фанатов из интернета.

О чём она? О подростках. Жителях Дома, который на самом деле - дом-интернат (детдом) для детей-инвалидов и трудных подростков. Не все его жители сломаны физически, не все - психически, читая истории многих, осознаёшь, что у них нет рук или ног только к середине. При этом, что меня удивило, книга совершенно не давит на жалость. Совершенно не заставляет сострадать и чувствовать себя неловко от того, что ты вот такой весь здоровый и ходячий, а они - нет. Ты наоборот, завидуешь героям.

У них свой мир. Своя иерархия. Свои цвета и сказки, свой запах ночного леса и наскальные лабиринты рисунков на штукатурке. Свои предводители и касты, свои ночные разговоры у придуманных костров и своя циничная религия. А персонажей в “Доме” - целое море, и разобраться в том, кто есть кто, кто кем был и кто кем станет - удаётся не с первого прочтения, и это самое интересное, когда книга - это сложная схема загадок.

К слову, я читала эту книгу почти год, хотя обычно мне хватает нескольких дней на 984 страницы. Но эту я не хотела дочитывать. Не хотела, чтобы она кончалась. Потом, второй раз, когда перечитывала, читала быстрее, и действительно бежала к ней с работы. Она безумно взрослая, хотя и о детях, в ней безумно много философии, заставляющей тебя выпадать из реальности на полуслове и вычеркивать текстовыделителями абзацы.

“Дом, в котором…” - достаточно специфичен. Жанр “магический реализм”, к слову, поставленный не совсем верно (книга нетипичный его представитель), но вынужденно - другого подобрать никак не получится, останавливает многих. Знаю много людей, которым книга совершенно не понравилась, некоторые из них мои друзья. Но знаю также и тех, кто считает её абсолютным шедевром. Читать или нет - дело ваше, но я бы назвала её must-read для всех, кто любит необычное.

"- Улыбка, малыш, улыбка, - сказал Лось. - Лучшее, что есть в человеке. Ты не совсем человек, пока не умеешь улыбаться.
- Покажи, - попросил Слепой. Лось нагнулся, подставляя лицо его пальцам. Наткнувшись на влажные зубы, Слепой отдернул руку. - Страшно, - сказал он. - Можно я так не буду?"

2. "Вторая жизнь Уве", Фредерик Бакман [384]

Когда-то мне посоветовали мне эту книгу в новогоднем флэшмобе на Livelib, как светлую и тёплую для холодной зимы. “Что за странное название?” - подумала я. “Что за странный сюжет?” Ворчливый и угрюмый старик живёт и считает всех соседей идиотами? “И когда молодая семья новых соседей случайно повреждает его почтовый ящик, это становится началом невероятно трогательной истории об утраченной любви, неожиданной дружбе, бездомных котах и древнем искусстве сдавать назад на автомобиле с прицепом”. Хм, а это интересно.

И знаете, что я получила? Удивительно тёплую и светлую историю, написанную лаконичным и живым языком, где каждая фраза была искусно взвешена и преподнесена со вкусом. Пока я читала книгу, передо мной вставали, как наяву, таунхаусы с крышами, присыпанными снегом, расчищенными подъездными дорожками, чистые машины у дорог, свет в окнах, аккуратные занавески, лежащие на подоконниках коты и смех и-з-за дверей. А в одном из кресел у камина сидели, следя за мной и иронично усмехаясь, Уве и главный герой. Непривычно ворчливый старик, скептичный и сварливый, нетерпимый к переменам и современным технологиям, с огромной раной в душе и слишком большим сердцем. И вот это сердце и было главным героем романа.

Спустя полгода я посмотрела шведскую экранизацию романа и осталась в том же восторге, что и от книги, только книга всё-таки светлее. Что ещё сказать о ней кроме того, что она №12 в топе-100 Livelib (а “Дом, в котором”, к моему удивлению, только №94)  и №4 в “Современной зарубежной литературе”, кроме того, что это заслуженно? Только словами автора:

"Полюбить кого-то - это все равно как поселиться в новом доме, - говорила Соня. - Сперва тебе нравится, все-то в нем новое, и каждое утро себе удивляешься: да неужто это все мое? Все боишься: ну ворвется кто да закричит: дескать, никто не собирался селить вас в такие хоромы. Но годы идут, фасад ветшает, одна трещинка пошла, другая. И ты начинаешь любить дом уже не за достоинства, а скорее за недостатки. С закрытыми глазами помнишь все его углы и закутки. Умеешь так хитро повернуть ключ, чтоб не заело замок и дом впустил тебя с мороза. Знаешь, какие половицы прогибаются под ногами. Как открыть платяной шкаф, чтоб не скрипнули дверцы. Из таких вот маленьких секретов и тайн и складывается твой дом".

3. "Прислуга", Кэтрин Стокетт [512]

Опытным путём, благодаря Кэтрин Стокетт, я выяснила, что если 61 раз ткнуться в разные издательства, можно найти 60 идиотов, которые не видят огромный потенциал, лежащий на ладони автора. Не знаю, как такое могло произойти с этой книгой, потому что... потому что даже первый абзац - он же просто гениален. Я большой поклонник оригинальных начал, и начало "Прислуги" - весьма и весьма креативное, затягивающее сразу своей простотой, непринужденностью и откровенностью. Как будто ты потерял память, встретил старого знакомого, он пожал тебе руку и рассказал тебе события последних пяти лет так, как будто ты всю жизнь его знал.

Герои книги - две чернокожие служанки и Скитер. Сначала о Скитер. Скитер - это недоразумение. Она очень красива и очень богата, но первое в ней никто не замечает, а второе старается в себе не замечать она сама. Вместо того, чтобы удачно выйти замуж и жить, не ударяя пальцем о палец, Скитер хочет быть писателем и писать правду. Правду, как она есть. Вот только Скитер не сразу понимает, что правда, о которой она собирается написать - опасна. Опасна для всех.

Теперь о служанках. Их гораздо больше, чем две, но в центре событий - Эйбилин и Минни. Эйбилин - прирождённая писательница. Её слогу завидует, похоже, даже сам автор, хотя он прост, как образование сельской женщины, но до мурашек проницателен и точен. Эйбилин безумно любит детей и терпеть не может грубость белых женщин, а Минни… Минни бесит всё. Жеманные дамы, богатенькие мужья, их замашки буржуа и самое главное - новая инициатива Хилли Холбрук - отдельные уборные для чёрной прислуги в каждом доме. Строго говоря, это бесит всех, и в том числе Скитер, переживающую болезненный разрыв с любимой няней Константайн, чьё исчезновение кажется ей чьим-то дурным замыслом. И вот эти трое объединяются и пишут книгу.

В “Прислуге” есть моменты, в которые дрожь продирает до костного мозга; есть моменты, в которые живот болит от смеха; есть моменты, в которые на лице появляется задумчивая и умиленная улыбка; есть моменты, в которые хочется кричать, топать и бить кого-нибудь кулаками в грудь; а есть моменты, в которые ты ощущаешь священный трепет гордости и достоинства.

Во всех смыслах - шикарная книга с не менее шикарной экранизацией.

Она учит, хотя тех, кто способен этому научиться - учить не нужно, а те, кого нужно учить - неспособны этому научиться, тому, что все мы - люди, у всех у нас одно и то же строение скелета, цвет крови и, поразительно - душа, состоящая из той же самой субстанции. Способная чувствовать, испытывать боль, стыд и горечь. И ни у кого на свете нет права считать себя выше кого-то по цвету кожи и расовой принадлежности.

Однажды, когда-нибудь, это все поймут. А пока - хорошо, что есть такие книги. Они позволяют нам помнить.

"У нее столько азалий, что к весне двор будет точь-в-точь как в «Унесенных ветром». Я не люблю азалии и уж совсем не люблю этот фильм — у них рабство выглядит как грандиозное праздничное чаепитие".

4. "Унесённые ветром", Маргарет Митчелл [952]

Кстати об “Унесённых ветром”. Надо ли говорить, что это классическая классика классик классики классической литературы, и если вы её ещё не читали, вам должно быть так стыдно, что закройте немедленно эту страницу и идите её читать? Наверное, надо, потому что мне этого никто не говорил, а я в итоге прочитала её в 21 год.
 
Есть такие книги, от которых меня трясёт. Меня колотит. Меня пробирает дрожь, которую я не могу унять, пока не усну. Мне холодно, хотя вокруг тепло, но зуб не попадает на зуб. Это ужас. Ужас, шок, восхищение и преклонение.

Конец второго тома был ещё далёк, самое страшное ещё не произошло, а мне уже хотелось завыть, треснуть книгу об стену и кричать, что всё должно было быть не так! Всё, чего я ждала, обратилось прахом. Все мои светлые надежды рухнули. Вся моя вера в людей растерзана. И я восхищаюсь этим.  Никто. Ни один писатель. До Маргаретт Митчелл так надо мной не издевался. Никогда ещё с таким упоением я не читала о героях, которые были бы мне так омерзительно противны и в то же время так жалостно близки.

Я не знаю, что ещё сказать про эту книгу кроме того, что это величайшая книга всех времён и народов. И я надеюсь, что Маргаретт Митчелл поставили памятник, на котором изображено её лицо и оно смотрит на нас, бренных и низких людей со смесью торжества, удовлетворения и какого-то мстительного садизма. Всё в этой истории было не так, и именно поэтому эта история стала такой великой и так прочно засела в сердцах.

Виновата этому Скарлетт, глупая, высокомерная, жёсткая, циничная, эгоистичная и слепая идиотка, в то же врем, обладавшая поразительной силой воли для того, чтобы выстоять против миллиарда трудностей и целой армии янки, поразительной деловой хваткой, чтобы подняться до впечатляющих высот, и лишь где-то в самом тёмном уголке души, позади ложной скромности и желания сохранить лицо, таившая человечность. Человечность, помогавшую выстоять ради того, чтобы обеспечить родных и близких, человечность, попранную в прах, когда эти родные и близкие были вне опасности.

Читай она книги, слушай она музыку, интересуйся она искусством и политикой. Попытайся она хоть раз оставить свою женскую глупость и баранье предубеждение для того, чтобы понять мужчин, которых она любила, и которые любили её, - изнутри. Глупая, маленькая Скарлетт. И ведь ей сочувствуешь. За неё переживаешь. За неё болеешь. За неё швыряешь в темноту фарфоровые вазы и орёшь о том, какие её мужчины идиоты, хотя прекрасно всё осознаешь. Я ненавижу Скарлетт, и я её люблю. Не знаю, за что. Ненавидела к концу “Унёсённых ветром”, ненавидела в “Ретте Батлере”, но полюбила в “Скарлетт” Александры Рипли.

Хотя история, в общем-то, повествует об Америке, о проблеме рабства и дискриминации, о войне и политике.

"Какое же это тяжкое бремя — скромность и деликатность".

5. "Финансист, Титан, Стоик", Теодор Драйзер [1213]

Как и “Дом, в котором”, “Финансиста” я упоминаю в подборках в блоге уже второй раз. Не то, чтобы я не читала ничего другого, просто она действительно толстая. Вообще, это трилогия, но у меня она в одном томе, поэтому я считаю её толстой.
Что меня в ней восхищает, так это язык. Книгу стоит прочитать просто как пример великолепного, размеренного и красивого классического слога, не режущего глаз и не усыпляющего с первой страницы. “Финансист” начинается медленно и постепенно, не напрягая и не заставляя следить за сложным сюжетом, расслабляя ум и пуская его по волнам одноэтажной Америки. Я никогда не интересовалась экономикой и пару слов мне даже пришлось загуглить, но от этого книга стала только интереснее.

А ещё, что удивило меня в “Финансисте” - так это то, что на протяжении чуть ли не половины первой книги у главного героя всё получается. У него нет проблем и неудач, он растёт и радуется жизни, и это не раздражает, как раздражало бы в плохой книге. Это только как-то извращённо греет душу.

Трилогия о Фрэнке Каупервуде - это сложная, разветвлённая и масштабная история личности. Личность эта неидеальна, во многом спорна и отчасти даже отрицательна, но близка читателю. Потому что какую бы фигню ни творил Каупервуд, он всё объясняет и, даже понимая уровень своего грехопадения, он его не отрицает, но и не самобичуется. Он открыто признаёт, что целью своей жизни видит богатство и делает всё, чтобы его достичь. Использует любую возможность и изобретает новые сам. И в этом отношении книга прекрасна тем, что показывает широту возможностей человеческой предприимчивости, не забывая при этом о моральной стороне вопроса.

"Какое счастье быть молодым, так волноваться, так остро чувствовать каждый оттенок краски, формы и всей непостижимой бессмысленности человеческой деятельности!"

6. "11/22/63", Стивен Кинг [800]

Что бы я ни пыталась читать потом у Кинга, эта книга затмила все и до сих пор мне иногда кажется, что её написал не он. Я взялась за неё, не зная, что это за дата в названии, и дата ли это вообще. Мне была глубоко безразлична судьба президента Кеннеди, мне не был в общем-то интересен сюжет, который рассказывала аннотация, я просто не хотела портить отношения с другом, который всучил мне её насильно.

Воображаемую шляпу перед автором пришлось снимать странице к 100-й. Ради неё стоило обломать ногти, зубы и шкалу терпения об “Кэрри”, “Стрелка” и “Долорес Клейборн”. Это гениальная книга, крутая и мощная. Она поражает -  масштабом и исторической выверенностью, юмором и тонкой психологией, захватывающим сюжетом и непредсказуемыми поворотами событий.

Итак, представьте себе учителя английского языка и литературы, который заводит дружбу с владельцем закусочной неподалёку и постепенно начинает замечать, что как-то уж слишком быстро тот стареет. А потом… выясняет, что в закусочной есть окно в 1958 год. И если он войдёт в него, то сколько бы времени он там ни провёл, в настоящем пройдёт всего 2 минуты.

И теперь он должен отправиться в прошлое и 22 ноября 1963 года остановить убийцу Джона Кеннеди. Только время не любит меняться и будет ему всеми силами мешать. Признаюсь, следить за Джейком Эппингом и коварными махинациями пространственно-временного континуума - было поинтереснеее политических рассуждений и исторических фактов.

"Это проклятие читающих людей. Нас можно соблазнить хорошей историей в самый неподходящий момент".

7. "Мор, ученик Смерти. Мрачный жнец”, Терри Пратчетт [573]

За “Мора” я взялась, когда дочитала “Цвет волшебства”, Побудило меня сделать это космическая, волшебная, феерическая маленькая деталь. То, что Смерть Терри Пратчетта разговаривает капсом.

Вы только вдумайтесь: автор просто пишет его реплики капсом, а у тебя в голове они произносятся ЗАМОГИЛЬНЫМ, ОТДАЮЩИМСЯ В СВОДАХ ЧЕРТОГОВ ТВОЕГО РАЗУМА ХОЛОДНЫМИ МРАМОРНЫМИ УДАРАМИ голосом. Нет, не так, ГОЛОСОМ. Это единственное удачное применение капса в тексте, которое я встречала, и не зря - это бесподобно.

Во-первых, что такое “Плоский мир”? Это вселенная, где всё противоречит логике, в первую очередь - логике фэнтези, а главное - каждый герой каждой книги задаётся вопросом - а какого хрена всё противоречит этой самой логике? И чем дальше - тем яснее ты понимаешь, что так даже лучше. Интереснее, смешнее, волшебнее.
“Мор” - это не книга, это очень длинный анекдот. Её невозможно читать в троллейбусе, на твое сдавленное фырканье оборачивается весь салон. Её невозможно читать на работе - выстраивается очередь желающих почитать её после тебя, ибо каждый смешной момент хочется зачитать вслух и удержаться совершенно невозможно. Её хочется растащить на цитаты и сделать из неё обои, чтобы ЭТО никогда не забывалось.

Я даже не буду рассказывать вам сюжет, потому что наверное каждый в своей жизни слышал имя мэтра и думал почитать его книги. А если вы читали эту - помашите в комментариях, с меня сердечко. Даже если она вам не понравилась.

"Волшебников специально обучают видеть то, что есть, и не видеть того, чего нет".

8. "Консуэло", Жорж Санд [798]

Есть у меня подруга, фанат хардкора, слэшных фанфиков и нецензурной лексики,  психолог и юрист по образованию, редактор-журналист по профессии, заноза в заднице - по призванию. “Консуэло” заставила меня прочитать именно она, поэтому ждала я от книги совершенно другого. Это как идти в магазин за постером с “Rammstein”, а вернуться с огромным полотном Моне, или как собираться купить себе синтезатор, но прийти домой с роялем.
Чего я ждала от “Консуэло”? Чего-то вроде витиеватости Стефана Цвейга, помноженной на томность Оноре де Бальзака. Ну, знаете, классика, но про любовь и все эти ваши женские дела. Поэтому я очень удивилась, когда получила философский исторический роман о музыке, опере, итальянской культуре и неожиданно - религии.

Теме религии Санд уделяет очень много внимания, но это совершенно не раздражает. Даже наоборот, как в “Оводе” Войнич, вызывает желание рассуждать и дискутировать на тему совмещения священной богобоязненности и почти атеистической адекватности в одной малюсенькой девичьей душе. И всё это - в процессе слежения за сложной, тернистой и полной падений и взлётов судьбой героини.

К слову, чем больше всего трогает простодушная, но при этом возвышенная Консуэло - так это своим неумением держать обиду, предполагать плохое и предвидеть злой умысел. Порой так и хочется заорать в книгу: “Да что же ты, слепошарая, не видишь, что кругом одни мудаки?!”, а потом понимаешь - не видит. Не видит, потому что она вот такая, полусвятая, а ты так не умеешь. И читаешь дальше и учишься у неё доброте и всепрощению.

Несмотря на довольно впечатляющий объем (учитывая, что следом за “Консуэло” последовала вторая часть - “Графиня Рудольштадт”), затянутость, пространность и изобилие исторических/философских/описательных подробностей, толстенная книга прочиталась всего за неделю, набегами после работы. Консуэло поведала мне долгую и красивую историю, и хотя она меня местами подбешивала, все же она мне понравилось. А ещё до нее мне не нравилась классическая музыка, Консуэло же открыла для меня новый мир. Волшебно было читать ее историю, слушая в наушниках музыку тех времён, живые мелодии композиторов, упомянутых на страницах.

"Нет ничего легче, как философствовать по поводу горестей жизни, зная только её радости".

9. "Хроники Амбера", “Хроники Мерлина”, Роджер Желязны, [832+832=1664]

В шестой и пока последний раз, я перечитывала эту сагу в 2014-м. Впервые я прочла её в 2008-м, когда отчаявшаяся библиотекарша, уставшая видеть меня едва ли не каждый божий день, дала мне одну из самых толстых книг, что была на полках. И хотя толще “Хроник Амбера” были только “Хроники Мерлина”, она совсем не обрадовалась, увидев меня спустя два дня. Лето, каникулы, телевизора с компьютером дома не было, что она от меня хотела?

В первое прочтение я ничего не поняла, кроме захватывающих приключений и шикарных описаний городов и пейзажей. Янтарный город и мрачные осколки Владений Хаоса до сих пор стоят у меня перед глазами.

Во второй раз я вкусила эту историю куда полнее. И теперь я хочу рассказать вам причины, по которым я рекомендую вам прочитать эти два талмуда. Необзательно даже оба, они и так состоят из двух пятикнижей - начните с “Девяти принцев Амбера”, и вот почему:
  • Более продуманного, логически выверенного и мастерски описанного произведения про параллельные миры и пласты других реальностей вы не найдёте;
  • более продуманного, логически выверенного и мастерски описанного произведения про большие семьи с междусобойными неурядицами, подлыми махинациями, братской любовью и сестринской ненавистью в рамках целой Вселенной вы тоже не найдёте;
  • Филиппе Грегори такие страсти даже и не снились;
  • как не снились даже Гёте и Данте такие сложные и подробные противостояния чистой философии Добра и Зла;
  • пасхалочек, хотя бы в виде Отражений (параллельных миров), скопированных с вымышленных другими авторами, хватит на целый роман.

А вообще, это кощунство - рассказывать про книги Роджера Желязны в 2019-м году. К концу второго десятилетия 21-го века её могли бы уже и прочитать все эти жалкие семь с половиной миллиардов людей.

"Желай одного, делай другое, и посмотри, что из этого получится, тогда ты в любом случае не проиграешь".

10. "Гарри Поттер и методы рационального мышления", Элизер Юдковски, [1986]

Не ждали? А между тем, “ГП” Джоан Роулинг нет в этой подборке только потому, что все книги, кроме пятой, недостаточно толстые. Чего не скажешь про некоммерческий фанфик Юдковски - где-то 2000 страниц, если не мелочиться кеглем (хотя в моем распечатанном А4-двухтомнике вышло 930).
Если вы уже поплевались и подвели мышку к крестике на вкладке со статьёй - подождите, я всё сейчас аргументирую.

Во-первых, это твёрдое, научно-популярное фэнтези. Во-вторых, слова “квантовая механика”, “стэндфордский тюремный эксперимент”, “когнитивная психология” и “теорема байеса” в тексте не просто встречаются, а исследуются и объясняются настолько просто, что поймёт даже самый гуманитарный гуманитарий. В-третьих, даже если вы не читали оригинальную сагу - не беда, интересно будет всё равно. В-четвертых, если даже читали - дайте “Методам” шанс, эта альтернативная вселенная имеет право на своё существование!

Потому что уже где-то к десятой главе (после которой автор и рекомендует бросать книгу, если не понравилось) ты начинаешь воспринимать “Методы” как совершенно самостоятельное произведение, несмотря на эпиграфы. Ты чувствуешь себя невообразимо умным и ненасытным, растаскиваешь книгу на цитаты и сам не понимаешь, когда она заканчивается, что больше нету.
Просто возьмите её. И если вы хоть сколько-то любите гениальные книги, и если (в особенности) вы питаете любовь к совам и сливочному пиву, она заставит вас проводить дома целые вечера и ложиться поздно-поздно утром.

П.С. А ещё в ней каждая страница пропитана чёрным юмором, как ваша скатерть - пятнами от кофе.

"- Настоящая наука не похожа на магию. Ты не можешь заниматься ею и остаться прежним, как это происходит, когда ты узнаёшь слова к новому заклинанию. За силу нужно платить. Платить цену столь высокую, что большинство людей отказываются это делать.
...
- И какова же плата?
- Умение признавать свои ошибки".

11. "Играть, чтобы жить", Дмитрий Рус, [1984]

Нет, это не год и не антиутопия.

На закусочку - вот вам книга, которая не заставит вас бежать домой, потому что её нет в бумажном виде, но вы можете проехать с ней свою остановку, если будете читать с телефона по дороге на работу. Я всё объясню, спокойно! Там просто семь частей (это на три меньше, чем у Желязны). И возможно будет восьмая. И они все не в одном томе. Максимум, что можно найти в продаже - это три сборника на 2, 2 и 3 книги соответственно, но в Молдове их нет. И к сожалению, вряд ли когда-то не будет, поэтому мне пришлось читать с планшета. Но оно того стоило.

Если вы хоть что-то слышали про жанр ЛитРПГ, забудьте всё, что вы слышали, кроме одного слова: игра. Вокруг этого слова сосредоточен сюжет, суть и посыл саги, но само понятие “игры” в ней гораздо шире.

Представьте, что вам осталось жить пару недель. Ваше бренное физическое тело больше не хочет носить вас на этом свете и, чтобы не отправиться на тот, вы готовы на всё. Представьте, что у вас даже есть возможность не умереть. Более того, ваше единственное спасение - это игра. В далёком будущем специальные капсулы виртуальной реальности дают вам полноту ощущений при входе в любую игру. Предметы становятся осязаемыми, ваше тело (или выбранное взамен) - отражается в зеркалах, соклановца можно обнять, а звездолётами нужно уметь управлять почти что на физическом уровне. Есть даже возможность чувствовать запахи, вкусы и жить в игре полноценной жизнью, хотя кто-то счёл бы эту возможность проклятием, потому что пути обратно она не оставляет.

Срыв. Один из миллионов, вошедших в игру, из неё уже не выходит. Он не стареет и не умирает окончательно, но даже отключение капсулы и смерть физического тела не убивает живущий в игре аватар.

Глебу, главному герою, осталось жить всего-то ничего, когда он случайно узнал про Срыв. И его путь в мире меча и магии начался.

“Играть, чтобы жить” - воплощение мечт миллионов. Вот если бы и в самом деле была возможность одним махом решить все проблемы: избавиться от ненавистного тела, забыть про смертельную болезнь, кучу кредитов, ипотеку, счета от МолдоваГаз и опостылевшую скукоту глубинки, лечь в вирткапсулу, ввести в регистрационное поле новый ник, выбрать любимый класс, и зажить! Никаких болезней, никакой боли, никаких естественных потребностей, верный меч, да маунт, изученная назубок система заклинаний, дружный клан за спиной и замок, ставший родным после первого прикосновения.

Лично я, предоставь мне вдруг Вселенная такую возможность, вполне возможно что согласилась бы.

Игровые возможности, ставшие реальностью - только одна из граней книги. Другая - это отношения между людьми. Тут есть трагическая история любви, проблема детей и родителей, битвы ради дружбы и жертвы во имя вражды, а ещё - огромный клан, стоящий плечом к плечу, друзей, братьев и сестёр.

Что ещё? Отдельно упомяну нейролингвистическую "фишечку" главного героя Лаита - умение якорить нужные психические состояния и включать их в ответственные моменты. Лорд, Феодал, Первожрец, Кланлидер - каждый раз как другой человек. Сам юмор писателя, местами чёрный, как срез обсидиана, невероятно импонировал мне всю серию (по секрету - я вообще фанат добрых некромантов). Эта серия способна заставить молодёжь читать, а "старых мудрых и уставших от жизни", на долгое (или недолгое, зависит от скорости чтения и продолжительности отпуска) - заставить забыть о проблемах и на какой-то процент даже поменять своё отношение к жизни.

"ИЧЖ", несмотря на свой стиль "галопом по европам", на излишнее внимание к политике, - это не только игра, от которой не можешь оторваться. Это ещё и долгая басня, мораль которой такова: наша жизнь в наших руках, но чтобы её изменить, нужно не только много сил, но ещё и очень много сил и способность нести ответственность, независимо от исхода.

"Мироздание уже не возмущалось. Оно молило и плакало, требуя оставить его в покое и не рвать по живому".


 

Похожие статьи